Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Дагестан

С 23-го были на книжной ярмарке в Махачкале. . Держались более группой с Крючковым, главным редактором «Октября» Ириной Барметовой, Владимиром Новиковым, Александром Снегиревым, Алисой Ганиевой и детской писательницей Настей Строкиной. От прочих приезжих, многих чудовищных, как-то естественно оставались в стороне. А дагестанские писатели нами не особо интересовались. Организация была так себе, с едой за собдственный счет, и практически, за вычетом времени выступлений, мы были предоставлены сами себе, а податься в Махачкале особо некуда. Город откровенно некрасивый, тяжелый, во многом сплошь состоящий из кварталов, напоминающих о наших строительных рынках, но сюда же замешаны еще и жилые строения, в основном примитивные, хаотично выстроенные, работу архитектора (даже самую базовую) тут явно считают лишней. Однако отдельные местечки в городе есть, и я обнаружил такое, где, наверное, не отказался провести большую часть оставшегося мне времени. На расположенной прямо над прибоем Каспийского моря веранде кафе «Джага», за угловым столиком – мы несколько раз туда возвращались, обедали, пили водку и пиво.
В Махачкале все время ветер, но он был теплый и не бил, а дул ровно. Алиса Ганиева сказала, что штиль бывает редко, едва несколько дней в году.
Без ветра, в помещениях, было жарко и мучительно душно.
Люди в Дагестане, даже если имеют устрашающий вид (мужчины), как правило вежливы и доброжелательны, даже подростки. Женщины мягкие, совсем без хамства. С официантками приятно общаться. Вообще молодые люди выглядят как-то целомудреннее, чем здесь, особенно девушки, смотреть на них приятно (речь, конечно, о тех, кто в европейской одежде, на женщин в традиционной исламской одежде смотреть тоже приятно, но иначе). Мужчины традиционную одежду в городе не носят.
В Махачкале полно интеллигенции высокого советского еще качества. Алиса Ганиева пригласила нас на свой день рождения, мы познакомились с ее прекрасной мамой, родственницей и соседями (это академический жилой дом, который строили лет тридцать, и он превратился в развалину едва ли не раньше, чем его довели до конца – жутковатые лестницы, открытые двери в шахту лифта. Впрочем, вроде бы и заселили его в конце концов самовольно, так что это своего рода сквот – только для немолодых интеллигентов.
Познакомился еще с красивой женщиной по имени Изумруд. Когда она его назвала, даже не сразу поверил, что такое возможно. Она говорит: у нас и Бриллианты есть. Бриллиант, может быть и чересчур, но Изумруд – имя мне кажется вполне естественным и красивым.
Дагестан насквозь пропитан исламом. За пределами Махачкалы молельная комната – на каждой заправке, в каждом кафе. Разумеется, далеко не все мусульмане радикалы. Может быть, в горах их и больше уже, чем обычных, мирных – но здесь нет. Возникают они подобно переродившимся раковым клеткам. На выступлении Крючкова две девочки из техникума в хиджабах, натянутых на подбородок. Еще весной – говорит преподавательница, которая их привела, были обычные девчонки, веселые, как все. Теперь – вот. При этом им хочется оставаться прежними, но что-то заставляет вот так меняться – семья, окружение. Они, конечно, еще не радикалки, но именно на таких, как они, направлена вся радикальная исламская пропаганда.
«Они вообще никого не любят, - говорил Крючкову, когда он отправился поздно вечером за виски и попал в какие-то дорогие и опасные ночные клубы только «для своих», - возивший его водитель, «мирный» мусульманин. – Очень злые. Вообще в Махачкале много плохих, страшных людей, не только ваххабиты. Нужно мужество, чтобы здесь жить».
Но я сам, слава Богу, страшных людей не видел. И ваххабитов откровенных тоже не встречал.
Деваться светским или мирным исламским дагестанцам без России (причем, как ни прискорбно, именно России путинского типа) некуда. Все понимают, что волна исламского радикализма захлестнет Дагестан едва лишь Россия покажет свою неготовность силой контролировать (хотя бы в общем) регион. Так что есть основания повсюду развешивать портреты Путина – и их тут немало.
Ездили также в Дербент, видели очень плохо, в демонстративно новодельном духе отреставрированную старинную крепость (одновременно с нам был в ней миллион дагестанских детей – видно, по какой-то причине именно в это осеннее воскресенье всех их сюда везут). Дербентская стена – между прочим, единственный памятник древнеперсидского фортификационного строительства, возведена была еще при Сасанидах – вообще подвергается вмешательствам любого рода, в нее прямо встраиваются не то хозяйственные, не то жилые помещения. Крепость Нарын-Кала попросту выстроена заново, «для красоты» – в той же манере, как и наша Новая Ладога. В крепости срыли культурный слой, положили рулонные газоны, а после юбилея города и газоны эти смотали да увезли. В целом, типичный российско-восточный начальнический стилек. Джума-мечеть производит впечатление. Старейшая мечеть чуть ли не на всем постсоветском пространстве (733 год!), одна из самых древних в мире. Покосившиеся колонны. Я бы посидел там на столетних коврах, но пора было идти.
Национальная еда в Дагестане довольно варварская (без обид). Халал представляет собой вареную без особых изысков баранину, которую подают вместе с разного типа пампушками из муки или гороха, которые не выпечены, а сварены, видимо, там же, в бульоне. Еда эта вполне и сейчас популярна, мы ходили в «нетуристское» заведение, где именно халал в основном и подают. Хозяин, Абдул, был очень впечатлен (и удивлен), что к нему пришли люди, которые говорят о Высоцком и Маяковском. На прощание сказал мне: «Есть две нации – хорошая и плохая».
Еще тут любят пироги «чуду» с разной начинкой, но я по пирогам не очень, так что только немного пробовал.
А вот всякая сладкая выпечка (тоже, понятно, едва распробовал) действительно вкусная, правильная какая-то, в отличие от того, что обычно предлагают повсюду, мера сладости там очень правильно выбрана. Особенно понравилась такая штука вроде чак-чака с семенами конопли.
За час до отъезда обнаружил, что прямо во дворе отеля, где можно заказать себе кружку отличного пива за 50 рублей, растет гранат – и плоды висят, почти уже дозревшие. Никогда прежде не видел.
Как и тракторных прицепов, доверху груженых виноградом.

Описания картин

Придумал новую картину (отчасти приснилась она мне). Общий характер – в духе третьеразрядных европейских художников девятнадцатого века – то есть, все уже более-менее размыто, нет совсем острой линии, а в фигурах имеет место легкий привкус примитива. Картина изображает похоронную процессию. Фон - цвет ирландской пустоши, такой уныло-серо-зеленый. Вот по такой земле, как бы по изогнутой (к нам вершиной) тропинке процессия движется. Фургон-катафалк уже почти уехал за раму влево – то есть, мы еще видим возницу, сидящего сверху, но от лошадей разве что крупы да хвосты. За катафалком по тропинке или там дороге следуют люди в черных костюмах с покрытыми темными уборами головами. Перспектива чуть-чуть по-детски изломана, мы видим все «свысока», то есть находимся даже выше сидящего на фургоне возницы, при этом видим фигуры так, как если бы находились несколько ниже, фигуры как бы немного «лежат» на фоне, но далеко не в в той мере, как это бывает на детских рисунках. В два или в три ряда идут люди. В два или в три ряда. Процессия растянулась до правого края рамы. А среди этих людей, того же размера, что и люди, шагают две птицы, не подле друг друга. Одна – аист с черно-белым оперением, с красной шапочкой на голове. Другая – либо ворон, совсем аспидный, либо попугай – заленый, синий и красный. Тут сон мерцал немного)).

Наказан за старую татуировку?

А вот этот заслуженный артист России - похоже, истинно крут. Стоит поглядеть список его достижений в качестве опреного певца. А вот где это он за барабанами сидел, прежде чем взялся за оперу? Или там одновременно...

Оригинал взят у rivnet в Наказан за старую татуировку?
6a00d834ff890853ef01774380ea78970d

За татуировку, напоминающую свастику, и которую уже не видно, пострадал заслуженный артист России бас-баритон Евгений Никитин. (На нижнем фото видна старая версия татуировки, из-за которой теперь пострадал певец).

tatoo-nikitin

За пять дней до премьеры руководство фестиваля произведений Рихарда Вагнера в немецком Байройте отправило Никитина домой из-за злополучной татуировки. Его дебют в новой постановке «Летучего Голландца» под управлением Кристиана Тилеманна, не состоится.

Как-то так складывется

в последнее время, что земля все ощутимее уходит у меня из под ног. Работы стало мало, разного рода неприятностей, неудач, несчастливых случаев, напротив, много. К тому же я вынужден на неопределенное время отказаться от водки. Неожиданно обнаружилось, в чем может заключаться последняя радость лузера. Это, граждане, американские сериалы. Выяснилось, что их много - и практически все они хорошие. То есть, на пять порядков лучше всех этих мудацких фильмов (и не менее мудацких новых романов). Почему тут возникли романы - как раз потому, что сериалы принято считать как бы телезаменой романа. Но это не так. Ведь самое ужасное в романе - финал. Поскольку все финалы давным-давно уже перебраны, обсосаны и выплюнуты, даже если на протяжении романа или фильма что-то тебя привлекает - как только дело движется к концу - туши свет, беги пугать белого друга. А у сериалов, слава Богу, финалов чаще всего не бывает. Некоторые прекращаются в произвольной точке. Некоторые как бы истончаются, истекают. Очень человечные ритмы.

А вот моя подруга

Маня из Одессы - талантливая, в отличие от меня - читает студентам РГГУ лекции по истории новейшей русской поэзии. Очень серьезно к этому относится. Иногда, в короткие минуты отдохновения среди напряженной редакционной работы, просвещает чуток и меня. Вот как-то объяснила (передаю своими, наверняка искаженными) словами, в чем значение Пригова. Он привил поэтическому древу лозу этакой веселой соцартовской хуйни - и после него поэзией стало считаться многое, что прежде таковой не считалось. Ну, прошло три недели, я напряг моск и задумался: а почему Пригов? Почему, например, не Холин?
Это я к фестивалю Пригова, што ли?
Все. Моск устал. Спать, что ли? Два часа спал прошлой ночью.

Музыкальный дауншифтинг

В то время как вконец осатаневшие винильщики-упыри, наглядевшись на "Попсайк" (это есть такой сайт, где пишут, за сколько какие пластинки были хоть раз да проданы) желают, чтобы оригинальные издания рок-н-ролльной классики у них приобретали начиная от 300 баксов (что, понятно, выводит эту область жизни из сферы моих интересов) - на Горбушке за 30 рублей был мною приобретен на компакте альбом замечательной группы OSI "Blood"(про их EP-шку с IDM-ремиксами я писал несколько дней назад). По-прежнему рекомендую. Замечательное настроенческое, местами жесткое, местами лиричное инди. Хорошее ночное слушание.

Я же сажусь перечитывать "Ужасы льдов и мрака", поскольку имею заказ переработать мою давнюю рецензии на эту книгу. Вот эту: http://magazines.russ.ru/novyi_mi/2003/7/butov.html
Надо признаться, когда я - редко - проглядываю свои тексты, скажем-так, нон-фикшн, у меня появляется ощущение что писал все это кто-то, несомненно, очень умный - но точно не я.
А вот тексты, которые можно считать "художественными" - в эти я даже заглядывать не могу. Хочется немедленно выпить яду.

Из поступившего на конкурс детской литературы "Заветная мечта".

« К этому времени (1957 год) в Малиновском ОРСе случилось чрезвычайное происшествие. Главный бухгалтер Проказников Эммануил Эмильевич собрал выпучку из магазинов (двадцать две тысячи рублей) и скрылся в неизвестном направлении. Его поймали через сутки в Нижнем Тагиле, в квартире у бабы. Главный бухгалтер лежал пьяный в доску на деревянной кровати. На полу, подложив себе под голову портфель главбуха, спала хозяйка квартиры.
Суд вынес справедливый приговор бухгалтеру: двенадцать лет изоляции от общества».

Big men say

 "Что же до народа,  то он повсюду одинаков: дайте крючнику шесть франков и велите кричать: "Да здравствует король", он вам доставит сие удовольствие, но за три ливра минутою позже закричит: "Да умрет король". Поставьте во главе гарода зачинщика, и он в один день разнесет мраморную крепость. У него нет ни законов, ни убеждений, ни веры, бодества его - хлеб, вино и безделье, свободу он полагает безнаказанностью, аристократию - тигром, а демагога - пастырем, нежно любящим свое стадо. Иными словами, народ - это необъятных размеров животное, оно не рассуждает. Всякий народ - это сборище палачей"
                                                                                                                                                                   Казанова.

(no subject)

Написал в Живой журнал осознанно провокационный пост по поводу высшей русской правды, русских производителей  и их способности к какой-либо созидательной деятельности и изготовлению работоспособных предметов. Получил прогнозируемую реакцию: облили говном и обозвали фашистом и клоуном. Особенно удивила меня реакция товарищей из Киева — что-то я не помню, чтобы кому-нибудь умудрился там столь сильно насолить.  Ну, хотелось, конечно, попровоцировать: не пишется мне, скучно, работы нет, пусть хоть бесы поскачут. С другой стороны, подлинная причина глубже. Я слишком отчетливо вижу опасную иррациональность нынешнего русского патриотизма-национализма, выросшего исключительно на обиде и, по сути, уравнивающего нас с такими же обиженными (но менее продажными и более расчетливыми) арабами, его готовность при малейшем благоприятном толчке опрокинуться в очередной цикл инфернального насилия. Возможно, я перегибаю палку, но пока что мои предчувствия  редко меня подводили: Россия готова снова взять и ударить сама себя в самое сердце. Уже стоят зомбированные ряды, мерно колотящие  в грудь и повторяющие, как оживляющую Голема магическую формулу, пустую фразу: «Я русский, и горжусь этим, я русский, я русский…». Как только кто-то подаст пример, и станет понятно: «можно, действительно можно...» — они двинутся, не разбирая дороги, под лозунгами, которые, как всегда, ничего не обозначают. Кстати говоря, в первых рядах будут даже не бритоголовые дуболомы, а активные участники Живого журнала. Мне просто хочется найти место, где можно поговорить, потому что сердце у меня, как ни крути,  болит и за эту страну (тем более, что, даже имей я такое желание, никуда мне отсюда не деться, не убежать)  и за тех ее подлинных людей, которых я имел честь  здесь встретить, которые составляют соль этой — российской — земли, будь их фамилия Иванов, Остапенко, Голденберг, Мозишвили или Арамян. За людей, которые, как правило, не имеют здесь вообще никакого общественного голоса, потому что ни одна из так называемых общественных организаций и ни одна из существующих ныне в России стихийных или навязанных идеологий не способна выразить интереса  человека, который  тихо, спокойно и самоотверженно делает свое дело — хранит музей, играет музыку, лечит больных, учит детей,  производит, наконец, хорошие, качественные вещи.  Поговорить прежде всего о том, какими путями замешанный на едва уже прикрытой тяге к насилию национализм (объект, в сущности, не важен, не дай Бог проверить на деле, но я уверен: началось с туркменских детей - закончится русскими, чем-то не угодившими другим русским, у которых сейчас в руках автоматы; собственно, где и когда это происходило иначе?) ушлые дяди превращают в манипулятор сознанием масс. И чего они хотят добиться — на мой взгляд, отбросить страну как можно дальше назад, заставив ее существовать в системе идей, решительным образом не соответствующих нынешней мировой реальности и не способных произвести из себя ровным счетом ничего ни в области политики, ни в области технологии,  ни в области культуры. И есть ли у нас еще надежда как-нибудь этого избежать. Я бы поговорил и о том, что такое вообще — русское, и хорошее и плохое, и что такое любовь к русскому, и чем мы за нее платим. Но вряд ли Живой журнал подходящее для этого место.

Русское качество

Так называемая энергосберегающая лампа проиводства НПО "Космос" стоимостью 200 руб. вместо положенных шести лет
проработала 1,5 месяца. Только подлинный патриот способен понять, что произвела это говно компания ленивых русских мудаков с постоянной оглядкой на высшую правду и советуясь с Богом.