February 12th, 2005

Рецензия на одну любопытную пластинку.

БЕЛАЯ РУССКАЯ

Правнучка Льва Толстого ─ первая леди шведского джаза.


Viktoria Tolstoy. “Shining On You”. ACT

Великому русскому писателю Льву Николаевичу Толстому, много размышлявшему о цели и полезности для жизни того, что люди называют искусством, думается, в самом страшном сне не могло бы присниться, что одна из его праправнучек станет вести в России глупые передачи на потрясающем в своей безнравственности телевидении, а еще одна будет в Швеции петь кабацкую музыку ( каковой, вне всякого сомнения, был и остается практически весь более-менее мейнстримовый джаз ─ и в этом его сила, источник живой энергии) негритянских корней.
Ветвь шведских Толстых идет от сына писателя Льва Львовича. Однажды, будучи в Швеции, Лев Львович вынужден был обратиться к известному врачу доктору Вестерлунду. В итоге, он влюбился в дочь доктора Дору, женился на ней и остался в Швеции навсегда.
Отдаленный результат этого союза, тридцатилетняя красавица ( и это не штамп, внешность у нее действительно незаурядная, репортеры пристают с идиотскими вопросами: мол, как можно ─ да и зачем ─ с такими внешними данными еще заниматься какими-то там джазами-шмазами…) Виктория считает себя, разумеется, стопроцентной шведкой. Русского языка она не знает, и Льва Толстого не читала, даже в шведском переводе ─ времени нет, ─ но рано или поздно собирается, и «Война и мир» уже у нее приготовлен, стоит на полке. Вообще к своим русским корням относится она, судя по интервью, со спокойной, достойной гордостью, и демонстрирует примерную, заинтересованную осведомленность в родословной своей семьи.
Отец Виктории был профессором музыки в университете Упсалы, где издавна идет довольно активная джазовая жизнь. Когда будущей певице было 16 лет, отец однажды наиграл ей на фортепиано джазовую тему, ставшую знаменитой в исполнении великой Билли Холлидей ─ Lover Man. И Виктория сразу же поняла, чем она отныне станет заниматься. Всего три года спустя, в джаз клуб, где пела Виктория, случайно заглянули представители звукозаписывающей компании, и уже на следующий день она подписывала контракт на выпуск своего первого сольного альбома. Он был замечен, Виктория быстро сделалась знаменитостью и выступала теперь с лучшими шведскими джазменами. Более того, на волне девяностых, когда инертная джазовая Америка неожиданно повернулась, словно рыба-кит, и стала проявлять интерес к джазовой Европе, причем прежде всего именно к скандинавам, Виктории предложила контракт даже прямо-таки символизирующая собой подлинный американский джаз фирма звукозаписи Blue Note (http://www.bluenote.com/). Но дальше одного альбома, эффектно озаглавленного White Russian ─ что является названием известного коктейля, но вместе с тем, конечно, намекало и на толику русской крови певицы, и на ее образ, ─ дело здесь не пошло. Последний альбом Толстой Shining On You, выпущенный немецким лейблом ACT (http://www.actmusic.com/), ─ пятый в дискографии певицы (странно, что официальный сайт Виктории Толстой ( http://www.viktoriatolstoy.com/)
в разделе «Дискография» объявляет всего два альбома; остальные, видно, исчезли в силу какого-нибудь крючкотворства в контрактах).
Любителям настоящего джазового вокала лучших времен, пения с сюрпризами, как у Эллы Фитцджеральд или Сары Воэн, которых внутренний порыв мог совершенно неожиданно уносить в непредсказуемые области, и ты никогда не знаешь точно, какая нота будет следующей, этот диск, конечно, никаких открытий не сулит. Вообще, музыкальный облик Виктории Толстой полностью соответствует ее внешнему облику. Из прочитанных книг, просмотренных фильмов и т.д. несложно заранее составить себе представление, как будет петь красивая зрелая шведка с длинными прямыми белыми волосами. Вот так Толстая и поет ─ очень культурно, очень по-европейски: общее благозвучие, умеренный (ближе к холодному) темперамент, умеренная отстраненность, умеренные темпы, балладная, в целом, атмосфера. Собственно, эта пластинка не дает крепких оснований утверждать, что Виктория Толстая поет именно джаз. Здесь, скорее, такое добротное, свойственное высокой эстраде, стояние на грани сразу многих жанров ─ и никакой из них в чистом виде. Можно многие отзвуки обнаружить у Толстой: соула, джаза, даже интонации, которые стали знаковыми для женского голоса в каком-нибудь электронном трип-хопе. Но для того, чтобы быть джазовым, ее пению слишком многого не хватает. Прежде всего, конечно, импровизации ─ здесь она, в сущности, вовсе отсутствует, в мелодическом отношении Толстая строго следует материалу, и вся ее свобода проявлена только в интонировании, порой очень эффектном: производят впечатление, например, чуть-чуть подкрашенные электронными обработками звука унисоны голоса и фортепиано. Ну что ж, это тоже путь, так делали многие лучшие джазовые вокалистки, и прежде всего великая Билли Холлидей. И все же, именно слушая Викторию Толстую, я пришел для себя к твердому выводу: джаз ─ по крайней мере, пока музыкант не вступает в новые, авангардные, креативные области, покуда занят исполнительством в русле мейнстрима ─ ограничен определенным набором приемов, ритмических и интонационных «сдвигов», большей частью замешанных на блюзе. Другими словами, если ты говоришь, что исполняешь джаз, и не позиционируешь себя при этом как ломающий всякие рамки авангардист, то будь добр делать совершенно определенные вещи. Если же ты их делать не станешь, если они не будут у тебя отчетливо проявлены, если, наконец, ты вместо них выберешь какие-то другие ─ из джаза, в его мейнстримовом понимании ты точно выпадаешь. Кстати, на этой почве Толстая довольно резко не совпадает с собственным ─ и очень качественным ─ сопровождающим составом: там-то отличные джазовые исполнители весь необходимы набор выполняют честно. И даже великолепный исполнитель на губной гармонике Тутс Тилеманс, которого Толстая пригласила подыграть в одной балладе, как-то здесь потерялся, отделался общими местами.
Впрочем, рассуждения на тему, что является, а что не является джазом (споры об этом периодически вспыхивают уже с сороковых годов прошлого века), конечно, не отменяют того обстоятельства, что не вполне джаз тоже может оказаться неплохой музыкой. По нынешним-то временам, скорее всего, именно так оно и будет. Если без этих стилистических разбирательств, Shining On You ─ отличный, качественный, великолепно выполненный альбом, хотя и не этапная веха на пути развития какого-либо стиля. Ценителям красивой, мастерски исполненной, лирической, романтической музыки Виктория Толстая очень даже способна потрафить. А что касается джазового вокала вообще ─ так он сейчас находится в концептуально тяжелом положении. Авангард восьмидесятых-девяностых не предложил здесь ничего, кроме подвываний, свиста и пощелкиваний, а человек, которому хочется все-таки не щелкать, а петь, должен либо выбрать для себя такую несколько салонную, лишенную живого импровизационного духа манеру, как у Виктории Толстой, либо заигрывать с какой-нибудь этнической компонентой, либо фактически уйти в ностальгическую ретроспективу, имитировать джаз такой, каким он был тридцать, сорок лет назад.

Михаил Бутов.

Диск предоставлен магазином «Трансильвания».
( http://www.transylvania.ru/)
  • Current Music
    "With the Beatles"